Дебра Дайер - Избранник из мечты [Невеста сердится]

— Вы просто наглец! — Эмилия оттолкнулась от его твердой как гранит груди, испугавшись того, что чувствовала в его объятиях.

— Разве?

— Конечно, — она посмотрела ему в глаза и спросила себя: смогла бы она вырваться, если бы он действительно намеревался завоевать ее. Но не его физическая сила пугала Эмилию. Нет, она боялась той силы, которую нельзя измерить и которая могла заставить ее желать воплощения мечты.

— Будьте любезны и уберите свои руки, — тихо проговорила девушка. Он медленно отпустил ее.

— Вы действительно этого хотите, моя прекрасная леди?

Эмилия проглотила комок.

— Да, конечно.

Саймон отошел от девушки, и она тут же отступила назад к окну.

— Осторожнее! — он вновь попытался удержать Эмилию за руку, но она резко вырвалась.

— Я могу прекрасно обойтись и без вашей помощи. Благодарю. Он пожал плечами:

— Я просто хочу быть уверенным, что ваша семья не будет ввергнута в скорбь.

— Будет, если узнает, какую ошибку я совершила. — Эмилия выглянула из окна и вдохнула аромат прохладного ночного ветра.

— Вы имеете в виду выбор мужа?

— Именно.

— А что подумает ваша семья, если узнает, что мы не женаты?

Эмилия вздрогнула, представив, что произойдет, если кто-нибудь узнает, что она находится в своей спальне наедине с мужчиной, который вовсе ей не муж.

— Вот именно, — удовлетворенно кивнул Саймон, так, будто прочел ее мысли. Он взял томик стихов, лежавший у зеркала, и полистал книгу, всем своим видом показывая, что в этом мире его интересует только поэзия.

— Дайте мне книгу! — девушка резко вырвала у него из рук том.

— Вы очень напряжены. Вам следует расслабиться, мисс Мейтленд.

— Интересно, как я могу расслабиться, если меня шантажирует негодяй!

— Я вовсе не собираюсь выдавать ваш секрет.

— Уверена, что на мне ваша карьера охотника за богатыми невестами завершится. — Она прижала книгу к груди и пристально посмотрела на самозванца, удивляясь, как ему удается читать ее мысли.

— Мой отец, без сомнения, бросит вас в тюрьму.

— Похоже, что мы оба потеряем, если наш секрет будет раскрыт. — Саймон улыбнулся, и эта улыбка окончательно вывела девушку из равновесия.

— Стоит устроить такой скандал, чтобы увидеть ваш провал! — сказала она.

Он рассмеялся в ответ сильным мужским смехом, таким заразительным, что это заставило ее саму улыбнуться, несмотря на весь гнев.

— Вы действительно маленькая кровожадная девчонка.

— Ну, так не забывайте об этом, когда в следующий раз попытаетесь соблазнить меня.

— А скажите мне, Эмилия, что вас больше оскорбит — если я попытаюсь соблазнить вас или если не стану делать этого? — Он улыбнулся, и ленивый изгиб его пухлых губ напомнил ей о его поцелуе.

— Не будьте смешным! — она отвернулась, пытаясь скрыть румянец, заливший ее лицо.

Она посмотрела в сад на газоны и лужайки, окружавшие дом ее отца. Трава в лунном свете была похожа на край глубокого ущелья, а река сверкала, словно серпантин сказочной дороги из старой легенды. Поистине ночь выдалась просто прекрасная. Самая подходящая ночь для смелых рыцарей, совершающих подвиги во имя своих прекрасных дам.

— Уверяю вас, что я не могу получить наслаждения, общаясь с таким проходимцем, как вы! — стараясь казаться убедительной, сказала девушка.

— Так ли это?

— Именно так. Вы… вы… довольно надоедливы. — Ее обдало жаром его тела, когда он подошел ближе. Эмилия подавила желание бежать, намереваясь показать этому мужчине, что не боится его и добавила: — Это сделает нашу совместную жизнь невыносимой.

— Суровый приговор, — мужчина стоял уже совсем близко. — А скажите, милая Эмилия, — прошептал он вдруг, и его губы вновь слегка коснулись ее уха.

Эмилия закрыла глаза — бархатный шепот вызвал приятное покалывание в плечах.

— Что?

— Вы предпочитаете правую или левую сторону кровати?

Глава 4

Эмилия резко повернулась к нему лицом — ее великолепные рыжие волосы рассыпались у нее по плечам.

— Что вы за чепуху мелете?! Саймон снял пояс и положил его на туалетный столик.

— Ну как же, — улыбнулся он, — похоже, здесь только одна кровать.

— Вы не можете серьезно думать, что… — Эмилия пристально посмотрела на него. — Я не стану делить с вами постель ни при каких обстоятельствах!

— Поступайте, как вам нравится. — Мужчина расстегнул верхнюю пуговицу своего мундира и сказал: — Но эта кушетка не очень удобна.

Эмилия улыбнулась и довольно злорадно заявила:

— Раз вы настаиваете на том, чтобы остаться здесь, — ваша судьба спать именно на этой кушетке.

Саймон посмотрел на предмет обстановки, о котором шла речь. Крохотный, больше похожий на кресло, диванчик стоял у мраморного камина и представлял из себя довольно элегантную небольшую вещицу, узкую и гладкую, покрытую темно-зеленым шелком, и, уж конечно, совсем не подходящую для мужчины ростом более шести футов.

— Боюсь, вы неверно поняли меня, мисс Мейтленд, — произнес он.

— В каком смысле?

Саймон снял мундир и бросил его на лирообразную спинку кресла рядом с кроватью.

— Лично я собираюсь наслаждаться хорошим сном в этой удобной постели. Если вы не желаете присоединиться ко мне — это ваша забота, не моя.

Эмилия посмотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами.

— Вы хотите сказать, что собираетесь согнать меня с моей собственной постели?

— Ни за что. — Саймон опустился на край кровати, удовлетворенно вздохнув, когда мягкий матрац прогнулся под его весом. После стольких лет, проведенных на твердых, набитых соломой тюфяках, он часто задавал себе вопрос: сможет ли уснуть на нормальной постели, окажись он на ней. Кажется, сможет. Он стянул с себя начищенный до блеска черный сапог и уронил его на пол. Эмилия вздрогнула, когда Саймон добавил:

— Вы можете присоединиться ко мне в любое время.

— Да как вы… — едва не ослепнув от гнева, девушка увидела, как он снял другой сапог и опустил его на пол рядом с первым.

— Что вы делаете?

Он принялся расстегивать свою белую льняную рубашку.

— Готовлюсь ко сну.

Она несколько секунд беспомощно хватала воздух и, наконец, смогла потерянно вымолвить:

— Но вы не можете сделать этого.

— Разве? — он вытянул рубашку из бриджей и снял ее через голову.

— О небеса! — прошептала девушка.

Саймон провел рукой по волосам, приглаживая взлохматившиеся волнистые пряди, бросил взгляд на Эмилию, следившую за каждым его движением широко раскрытыми глазами, так, будто никогда в жизни не видела полуобнаженного мужчины. И казалось, она была очарована.